December 7th, 2016

G.Puccini : La fanciulla del West, Wiener Staatsoper 03.12.2016

La fanciulla del West в Wiener Staatsoper с José Cura однажды уже была. И вот опять... Ну, как не съездить, если в европах рождественские ярмарки, все тот же бант напротив stage door и все те же абажуры на Graben (правда, некоторые наполовину перегоревшие). Плюс, в дополнение к «Fanciulla» премьерка нарисовалась (которые еще совсем недавно я зарекался посещать :-) ну, раз уж случилось ...).

К тому же, и «Девушка» была новая, в том смысле, что совсем новая, ни разу мною не слышанная, но вполне с именем. Eva-Maria Westbroek. Считается одной из основных сопрано на зубдробительный репертуар, подтверждающей физической формой свое право на исполнение оперных валькирий. И, действительно, при первом появлении она произвела сильное впечатление именно физической формой - в джинсах и клетчатой рубашке Минни выглядела поплечистее и повыше всех, включая Дика Джонса, который вообще-то малыми габаритами не отличается. Это сразу как-то легло на образ американской девушки из очень мужской компании, которая где-то в глубине души явно склонна к сантиментам.

Eva-Maria Westbroek | Minnie


По ходу Джонсону не составило большого труда соблазнить ее, попользоваться сложившимися обстоятельствами, воспользоваться ее чуткостью и добротой, ну, и, в который раз, отправиться на радужном шаре (задуманным для коммерческого тенора J.Kaufmann наверняка с надеждой на то, что он неоднократно будет выступать в этой роли в доме на Ринге теперь за него приходится отдуваться другим) в путешествие мечты.



Eva-Maria Westbroek | Minnie - José Cura | Dick Johnson (Ramerrez)


Eva-Maria Westbroek при конкретном прослушивании оказалась певицей с большим голосом среднего диапазона. С хорошим глубоким низом что уже не мало и прекрасно для Вагнера и Родиона Щедрина. Но этого явно недостаточно для Пуччини. Именно потому, что эмоциональные всплески в верхнем регистре певице удавались оч по-разному и не в связи с тем, что она пыталась «играть голосом» и делать верха, как это модно сейчас говорить, эластичными, а из-за того, что видимо, что-то зная про себя, кидалась на эти верхние ноты по принципу не загадывая наперед, а что Бог приведет. Получалось неординарно и всякий раз не похоже на предыдущий. Бульканье и клокотание превалировало, в этом смысле Nina Stemme хоть и качала где можно и не можно, но все же это было более-менее собранно.

О José Cura в образе Джонсона даже мною написано достаточно, меняя своих девушек и выходя всякий раз на новую, со своим предназначением он справляется безупречно : что вокально, что драматически. Особых изменений ни в голосе, ни во внешнем виде по сравнением с прошлым заходом в Вену я не заметил. Стиль соблюден, исполнение свободное, игра убедительная и концовка как и всегда вызывает чувства близкие к слезливости (не у меня конечно).
С одной стороны, одна из самых сентиментальных опер / с другой, поди, поставь сюда Анджелу Георгиу=евну и посмотрим что будет, что там можно будет услышать (а ведь поставят, ума хватит…); и без крепкого тенора ну никак не обойтись.





Tomasz Konieczny | Sheriff


Вполне хорошим показалось и музыкальное сопровождение. По сравнению с гамбургским здесь было меньше жесткости и больше лирики. Дирижер Mikko Franck решительно притушивал оркестр в особо мелодичных местах, что, в общем, делало его трактовку, в своем роде, достаточно интересной (по крайней мере, не избитой); похоже вокалистам с ним было комфортно.
В итоге спектакль удался и получил оч хорошие аплодисменты, много вызовов и по впечатлению поддержал уровень топового оперного театра, на который, разумеется, Wiener Staatsoper по сю пору претендует.

- - - - - - - - - - - - - - - - - - - -

Предложенная в этом сезоне премьера Falstaff (Режиссер - David McVicar - Gabrielle Dalton | Kostüme) удивила тем, что в активе театра имелась очень удачная постановка | Marco Arturo Marelli | этой оперы 2003 г.
Нет бы поменять ужасный спектакль Отелло примерно этого же года или никчемную La traviata из Aix-en-Provence (это, прям, как у нас в Большом – ставят и ставят Пиковую даму нон-стоп).

В лучшее будущее верить хотелось только по одной причине – это была копродукция с China National Centre for the Performing Arts (NCPA).

Ambrogio Maestri | Falstaff - Zubin Mehta


А с китайцами не забалуешь, они если дают деньги, то это будет Опера, а не мышиная возня на конюшне. И если Staatsoper так дальше и продолжит свою кооперацию, то пополнение репертуара настоящими оперными постановками произойдет всенепременно.

Наш ГАБТ  вполне мог бы стать флагманом этого движения в силу давней дружбы народов, но похоже ничего не знает про китайский оперный бум где дело дошло до того, что жрать во время действия в зале запретили:-), и до сих пор наивно считает, что дружба со второсортной ENO добавляет ему невероятное количество очков в глазах «особо просвещенной публики», удивляющейся, почему никто не пишет про Билли Бад, не заморачиваясь вопросом а кто на такое изъёбство пойдет.

По причине такого, удачно сложившегося коннекта, сомневаться в качестве режиссуры и картинки не приходилось. И сцена была заполнена персонажами адекватными сюжету и эпохе, и - о ужас ! - одетыми и иной раз даже великолепно, как, например, в сцене ухаживания - Фальстаф а-ля Мальволио. Про дам даже не приходится говорить – одна прелестней другой и все их прелести были совершенно очевидны. И, ей богу, это было гораздо увлекательнее, чем, если бы их выпустили бы голыми или в комбинашках, так любимых нынешними режоперами.



Marie-Nicole Lemieux | Mrs. Quickly - Hila Fahima | Nannette - Ludovic Tézier | Ford - Carmen Giannattasio | Alice Ford


Не хитрую историю про сэра Джона певцы разыгрывали с удовольствием.
Пели, кажется, тоже с удовольствием, но вот здесь далеко не всякий раз мне удавалось слиться с ними в унисон.
Как-то так вышло, что несмотря на четверку красиво наряженных дам, группой бегающих по сцене, и бесконечно сочного грудного Reverenza! в исп. Marie-Nicole Lemieux, опера получилась мужской. Весь вокалитет сосредоточился на дурно поющем, но великолепно играющем, и, главное, оч подходящим на эту роль Ambrogio Maestri, его слугах и Ludovic Tézier | Ford, который совершенно неожиданно в этой партии оказался абсолютно безупречен (хотя, по слухам, такого не бывает, а вот было) – тут вам и благородство тембра, и кантилена, и шаровары ...Короче, все при нем.
От основного стада отбился только Фентон со слабеньким тенором - слышно его было плоховато, а что было слышно, лучше было бы не слышно, потому как в незатейливой арии он уж и вовсе скис. И вот это кислое молоко, не смогла подсластить Нанетта-Hila Fahima, в своем, прямо скажем, тоже не шибко задиристом фрагменте. Вот такие теперь в ансамбле певицы в венской опере поют и забудьте золотые времена, когда выходила молодая Ileana Tonka и ей орали как наипервейшей звезде, я уже не говорю про Хартиг, Крастеву … Теперь здесь подают калимулину, максимову и других, у которых, наверно, все хорошо по части тенниса.:-)

Ludovic Tézier | Ford - Carmen Giannattasio | Alice Ford - Ambrogio Maestri | Falstaff -  Paolo Fanale | Fenton


Дебют в Вене Carmen Giannattasio в роли Аличе не произвел особого впечатления. Что-то с ней не так… :-(
Еще полгода назад она великолепно пела Недду, а сейчас в совсем не сложной роли ей удалось обратить на себя внимание только с отрицательной стороны. Но т к публика в этот вечер была добра ко всем, то ее встретили ласково. По сравнению с премьерой Турандот (на которой я тоже имел честь быть), успех был просто грандиозный. Измученный стоянием на Stehplatz, я продержался на аплодисментах мин 10, пока одевался, потом ходил по всяким делам, а в зале всё хлопали и вызывали. Скорей всего, народ соскучился по нормальным постановкам, а не по косточкам, которые им бросают всяко-разные идиоты.

Маэстро Zubin Mehta отдельной строкой произвел отдельное впечатление. Был встречен ураганом оваций и, сдается мне, что половина восторгов по окончании представления относилась к нему. Я б даже сказал, что он так чувствует Верди, даже в таком виде, в каком он есть в Фальстафе (это не самый лучший Верди, но и из такого маэстро сделал конфетку).



David McVicar | Regie (справа)


Завершаю европейскими ценностями...
Не знаю, как это вам покажется, но я всегда собираю монетки: по 50 коп, по 1, 2 – это тоже такая европейская ценность, без которой никак нельзя - для билетных автоматов и пр. фигни, где не принимают ни карты, ни денежки - и у меня их много. Случайно сунув руку в карман в театре, у меня невзначай вывалилась монетка в 50 ихних копеек … Не успев даже еще подумать на тему как бы ее поднять, я увидел как за ней бросился мужчина в приличном костюме и при галстуке и я, дурак, подумал, что он хочет оказать мне любезность. Щас ! Он оказал любезность себе - схватил мою денежку и был таков.
Все, что угодно можно представить себе в Большом театре, но только не это.
Как хорошо, что не все европейские ценности захватили наши места высокой культуры.
Попробуем продержаться еще какое то время без них.

часть фоток можно у меня в FB посмотреть, остальное завтра.