dolchev (dolchev) wrote,
dolchev
dolchev

Categories:

Singspiel в двух частях с прологом вместо увертюры

Интернет-сайты оперных театров занялись работой, ранее им не присущей…
Взахлёб сами себя нахваливают, обгоняя прессу и не дожидаясь мнения публики [
хотя, кто и когда ориентировался на ее реакцию; разве что министр культуры на встрече с президентом что-то такое там на тему восторженных зрителей Большого театра ему доложил].
Не знаю, удастся ли когда-нибудь «посмотреть» Турандот в Геликон-опере [п ч этот театр живет по принципу опера не для прослушивания, глаза есть и этого достаточно], но заранее робею … смогу ли быть достойным всего того, что нарассказывал о себе сам театр ? После такого залпа панегириков, в которых разве что только уборщица не высказалась о прелестях «оригинальной постановки», в случае, если не понравится, получается ты даже не белая ворона, а просто Россия в мировом пространстве сейчас.:-)


Как хорошо уметь уговаривать себя восхищаться необходимым набором мировой оперной кухни!
Например, восхищаться Helden-тенором Stephen Gould... в Отелло. И не заморачиваться отсутствием верхних нот у него, даже «проходного Си» в Esultate.


— После Зигфрида в январе спустя без малого месяц Отелло с вами в заглавной партии — роль, которая считается одной из сложнейших у теноров.
Почему она так сложна?

Stephen Gould : Наряду с Канио из Паяцев Леонкавалло, Отелло единственная партия итальянского репертуара, которую я пою на сцене. Однако, не будучи итальянцем, мне пришлось её буквально завоёвывать.
Потому что так же, как Отелло внутри общества, в котором он вращается, вынужден принимать незнакомые правила поведения, я тоже "чужак", который со своим американским культурным и языковым багажом должен сперва изучить итальянский стиль.
Что мне, напротив, весьма кстати в этой роли, это то, что Верди не задрал тесситуру слишком высоко, так что она гармонирует с моими голосовыми возможностями. [выделено мною—Dolch]
Хотя, конечно, композитор и тут пару высоких нот от нашего брата, певца, требует.


Благоговеть перед «новым гением» Christian Thielemann и перед событийностью каждого его появления на сцене «Земпер-центра».
— Благоговения на Osterfestspiele Salzburg подтверждаются невыносимыми овациями и дороговизной билетов; правда, плоховато подтверждалось критикой того же Отелло, но уровень благоговения таков, что можно и на это не обращать внимание.
Что касается Дрездена, самого вагнеровского немецкого города, то почему-то никакому тилеману так и не удается сделать из него оперный город. Перенос того же самого Отелло из Зальцбурга триумфом не назовешь


и только истинные вагнерианцы, которые почти всегда слабы на уши, готовы восторгаться «по факту общения» с вагнеровской интерпретацией оперы Верди [до того ни разу оперу Верди не прослушав].
вполне обычный для публики Semperoper прием Тилемана



Принцип ходить «на то, что надо» убивает весь смысл театральной деятельности и лишает публику свободы выбора. Большой театр также, как «Земпер опера» и многие другие бывшие топы, вовсю старается соответствовать мейнстриму. И результат налицо. Про тот же Billy Budd людишки стесняются сказать, что не поняли о чем это; но уж точно не постесняются не пойти по второму и третьему разу. Достаточно было бы гастролей [да и дешевле бы вышло] для эстетов, а также желающих показать себя крупными спецами в такой вот, не простой для восприятия, музыке. Одноразовой акции для таких деятелей более, чем достаточно. А теперь из-за того, что сей шедевр в репертуаре, им трахают социалов и отбивают всякую охоту у публики ходить на Новую сцену.
— По поводу премьеры же погудели.
Чего только не рассказали… Кое-кто из дам даже кое-кого возжаждал, но ни слова о том как пели.
И это теперь основная, прямо таки пятая позиция, большинства посетителей и описателей своих театрально-музыкальных походов в Большой театр. И, сдается мне, и в Дрезден-оперу, которая сейчас стоит практически вровень с нами, что по пафосу, что по оперности публики, что по cast[ам].


Оглядев в очередной раз своим нетрезвым взглядом эту пустыню, именуемую оперой, я решил повторно, для закрепления размышлений, отправиться в Сад Эрмитаж; т к Faust Charles Gounod то самое музыкальное произведение, которое хочется слушать еще и в разных интерпретациях. Именно что, в голосовых.
По части постановки все уже воспето и все так и стоит на прежних местах : Мефистофель не похож на Воланда, Гретхен на Маргариту и вся эта срежиссированная история никак не вяжется со знаменитым произведением Булгакова, а «Клетчатый», всякий раз своими кривляниями отвлекая внимание от певцов, и вовсе по второму разу показался «не пришей кобыле хвост».

НОВАЯ ОПЕРА на данным момент своим вокальным ансамблем может погордиться больше, чем любой другой театр г. Мск. И несмотря на склонность к «режоперным постановкам» и странным перетасовкам составов, все же показывает достойный вокальный уровень [тут же сразу подтягивается публика, знает где аплодировать, Браво не стыдится покричать]; и общее позитивное впечатление от похода, именно что, в Оперу [а не на какую-то «акцию»] оставляет.
С самыми репертуарными произведениями по музыкальному уровню этот, в общем то не самый большой и с не самым большим бюджетом театр, справляется [в отличие от того же Стасика].
В который раз хочется отметить эталонное звучание Хора, которого нет ни в Земпер-опере, когда они воют Chor der jüngeren Pilger, ни в Скале с его престарелым составом.

Екатерина Миронычева | Маргарита - Георгий Васильев | Фауст


И тенора.
Достаточно сказать, что все три Фауста в этом театре свои.
А это показатель уровня для любого театра.



Оркестр в этот вечер был оч неплох (за небольшими исключениями, но уж никак не хуже, чем в Дрездене – это, как вы заметили, для меня теперь эталон, ниже которого опускаться нельзя), а исполнитель главной роли Георгий Васильев практически клон г-на Jonas Kaufmann (по тембру, по крайней мере), а по внешним данным и вовсе его оставляет за флагом и с верхов на пиано не уходит !
Т ч вполне рекомендуется дамам для тенорового обожания.


______________________________________

Какая нелегкая понесла меня на Царскую невесту, до сих пор понять не могу …

Владимир Маторин | Собакин - Венера Гимадиева | Марфа - Мария Гаврилова | Сабурова - Елена Новак | Дуняша


Возобновление [2014 г.] одной из самых репертуарных и голосистых опер Большого театра прошло без меня по вполне уважительной причине – после того, как в оперной труппе перевелись исполнительницы партии Любаши, отпала необходимость прослушивания, мягко выражаясь, «недоношенных псевдомеццовых интерпретаций».
Кроме того, реестр звучных имен работников-оформителей «обновленного произведения» пугал конкретно. Эти их фокусы «по мотивам», которые превращаются в костюмы вполне себе пародийные и 100 % китчевые, энтузиазма не добавляли.
Вечный соавтор «по дизайну одежды» Мити Чернякова г-жа Зайцева, в свое время распугавшая итальянский бомонд наипошлейшими нарядами к La traviata в Scala, весь пыл и энергетику своего «неординарного» вкуса вылила на эпоху Ивана Грозного. Теперь, как очевидец, ответственно заявляю - с декорациями более-менее все в порядке [даже «красную комнату» – абсолютный шедевр Федоровского, сохранили], зато с костюмами полный атас. Нужно иметь талант так испошлить любую задачу. Уж если кокошник, то как в дешевом варьете, где нибудь на многоэтажном туристическом лайнере при исполнении танцев а-ля рюс. Объемы поражают воображение. Марфа конечно была купеческая дочь и не из бедных, но в таких головных уборах ей бы пришлось на карачках проползать в низенькие двери средневековых палат. «Художественно помеченная» таким образом Марфа, к тому же, отличалась особым гримом в последнем действии - не натуральный румянец сменил землистый цвет лица и почему-то седина в волосах (видимо отрава сильная попалась).
Особый талант – двумя-тремя деталями, добавленными к историческому костюму превратить его во вневременную пародию. И вот этих вот пародий в теперешней красоте на сцене БТ в избытке.
И уж конечно критики этой пыльной рутины более чем достаточно.
Мало кто видел какие на самом деле были костюмы и как они смотрелись со сцены БТ - сколько было вкуса, изысканности, чувства меры, гармонии красок и полного соответствия эпохи.


на фото слева направо : Марина Шутова (Любаша), Марина Мещерякова (Марфа), Елена Евсеева (Марфа), Елена Евсеева (Марфа) - Софья Аксенова (Дуняша), Елена Околышева (Дуняша) - Елена Образцова (Любаша) - Елена Евсеева (Марфа), - Ольга Терюшнова (Любаша)
Тут я задумался …
— а может и прав был Кулябин в его бессмертном высказывании о том, что не представляет себе как ставить «в ту эпоху» ..?
Раз так, то и ставить «в ту эпоху» не надо.
То ли дело, в чем сам хожу, в то и нарядить.
И я не уверен, что такие бездарные изыскания по поводу исторических костюмов имеют хоть какой-то смысл [кроме конечно того, что художник в этом случае, когда у него мотивы в голове, получит особые деньги, нежели если эти платья пошивочный цех сошьет по прежним эскизам]
У всех свои дела в этом замечательной театре, свои неординарные решения по освоению денежных ресурсов.


Ладно. Черт бы со всем этим оформлением – к пошлятине уже привыкли, не такое видели, но вдруг кто-нибудь споет…
Но Меццо-сопрано как не было, так и нет в Большом театре, поэтому вариант ожидался куцый, но вокально осовремененный. В первый раз в жизни я услыхал [а я наслушался Любаш - пальцев на обеих руках не хватит] Любашу, исполненную «в немецкой манере»...
Монотонно и совершенно бесcтрастно.
К тому же исполнительница роли не всегда доставала публику громкостью звучания.
С этим ничего не поделаешь - достижение эпохи. Великие русские меццо ушли, а вместо них появился адаптированный к любой опере вариант. В такой манере теперь поется все. И немецкое и французское, и русская опера.

На Венеру Гимадиеву надеялся и, как выяснилось, видимо напрасно.
Марфа, партия требующая красивого голоса, свободной вокальной линии, нежной чувственности, прелести юности и умения вызвать сочувствие переливами в горестных моментах, оказалась совершенно не по голосу, в общем-то, не плохой певице, активно делающей мировую карьеру, лирической колоратуре.
Претензий по вокалу нет ! — Сам голос «не под роль» : тусклый, «с песком», «с пустотами» в середине, с не плавными переходами и лишенный женственного обаяния [если так можно сказать про голос].

Все было бы совсем уж ни о чем, если бы не Эльчин Азизов. Который, —о приятная неожиданность—абсолютно доморощенный баритон, работает в ансамбле и поет хорошо.
В этой ударной для такого типа голоса партии показал превосходную дикцию, голосовую выносливость и эмоционально окрашенный вокал.

Теперь есть задумка сходить на обновленного Бориса... Интересно, что там, какие мотивы в костюмах зазвучали акцентированно.
Ну и с нетерпением жду оформления Войны и мира в постановке сами знаете кого.
Эту «войну» надо будет пережить.
Tags: faust, Большой театр, Новая Опера, Царская невеста, мысли вслух
Subscribe

Posts from This Journal “faust” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 22 comments

Posts from This Journal “faust” Tag