dolchev (dolchev) wrote,
dolchev
dolchev

Categories:

Giordano : Andrea Chénier Wiener Staatsoper 21/24.05.2013

На обратном пути из Вены на борту лучшей авиакомпании восточной Европы:-) Transaero бесплатно раздавали, разумеется, Коммерсант. За культурную жизнь там отвечают два «хедлайнера» : балет, ясен перец, освещает Кузя, а в Пермь неизвестно за какие прегрешения — если только он по традиции не подписывал чей-то материал — загнали Ходнева.
Балетница, растеряв боевой пыл полностью, серо и скучно что-то там везет по поводу Бенуи, а в пермском крае воспет некий фестиваль, который еще 3 года тому назад должен был стать филиалом Зальцбурга, но не стал по понятным причинам; зато в этот раз туда удалось зазвать внучку Вагнера и какую-то Марину Абрамович и по мысли Ходнева такие смачные члены повысили градус статуса ну просто до красной опасности:-). Бляяя, кто читает этот бред, кроме Дольчева, которому в самолете 2 ч делать нечего, п ч повернешься направо — политически подковываются, налево — про спорт изучают и ни одному пассажиру на фиг не нужны размышления хедлайнеров Ъ по культуре. Для чего эта газета вообще выпускается ..? Да и сами события в Мск в Перми всё какая-то пузатая мелочь окраины Европы и деревня беспробудная.

А музыкальные события — правда, не слишком часто, - но происходят в других местах.
Иногда это бывает в Вене и на одном из них мне удалось побывать — Andrea Chénier Umberto Giordano 24 мая 2013 в Wiener Staatsoper запишу себе в актив.

В России о существовании такой оперы не знают.
Веризм (кроме Tosca) презирают и никому это все не надо.
Все хотят выпендриваться по другим направлениям — а давайте гЭнделя, и чтоб до усёру, по поводу и без.
А после спектакля Шенье я наблюдал картину — группа русских туристов допрашивала знающую даму на предмет почему эта опера не идет в России и вообще откуда она взялась - она же просто бесподобная. Дама спокойно отвечала, — мол, в России такую музыку даже не то, что спеть — сыграть оркестр ни один не сможет, она слишком сложна.
Куда уж нам...
Смешно конечно, но поздравить можно, докатились.

В какой-то степени это мнение справедливое. Я, например, не представляю себе, чтобы какой-то оркестр в России достойно сыграл эту музыку; ну и вокалистов, которые могли бы достойно спеть эту музыку.
Нет, достойно тут не годится — классно !
Поэтому, вот, Вена. Пока все еще Цитадель (не каждый день, но иногда бывает).

Я посетил 2 представления. В первый вечер так случилось, что певцы оказались в полном нездравии и даже выходили объявляли — просили быть снисходительными. По сравнению со вторым это было конечно не супер, но, господа-товарищи, нам бы такое исполнение хотя бы раз, хоть в концертном. Пусть все они будут вот так нездоровы, пусть временами их будет заглушать слишком насыщенный и в большей степени занятый сам собою оркестр. Но как он играл эту музыку, как он весь переливался, как вливалась грубая и совершенно опостылевшая после балета Пламя Парижа Марсельеза просто необыкновенным музыкальным ручейком в это буйство красок партитуры. Все группы оркестра заняты и их переливы и переходы из одной в другую ласкают слух. Арфа-красавица так поэтически оформила вступление к Improvviso, что Тенор был просто обязан засверкать в этом замечательном фрагменте.

По качеству режиссуры.
Если у кого есть возможность — сходите обязательно ! П ч к сожалению спектакль ветшает и его могут заменить на очередное режоперное говно и уж тогда у людей не будет возможности заинтересоваться всем тем, что происходит на сцене и в историческом плане, и по части драматургии, и по музыке. И придя домой, не возникнет желания разобраться почему эти люди одеты столь вычурно; кто такие «Инкруаябли и Мервейзы», с чего вдруг они такие невероятные и удивительные... И почему, собственно, сцена суда оформлена церковной утварью... Хорошо со мной рядом был человек, который защищал диплом по этому времени — все рассказал, интересно ужасно.
Вот ведь спектакль, посетив который можно чему-то научиться и при желании узнать для себя что-то новое. Он конечно кудесник, этот Otto Schenk и большой подарок для Wiener Staatsoper. И это по-моему одна из первых production с комнаткой, правда, высокой, но без кулис. Зато легкость, с которой менялся интерьер при наличии комнаты во всем производстве говорит о том, что сценограф отлично знал свое дело.
Несчастную публику в наше непростое оперное безвременье постоянно провоцируют и насилуют отсутствием правильного кровообращения в головах у режиссеров, а куда как интереснее Театр, в котором ты задумываешься на те или иные темы по своему собственному желанию без всякого воспитания со стороны идиотов. Андре Шенье именно такой спектакль и наличие в нем трех первоклассных голосов в разы добавляет очков всей постановке.

José Cura | Andrea Chénier


После первого спектакля были претензии ко всем солистам и в этом случае понятен несколько холодноватый прием зала, но когда вокалисты пришли в норму, опера заиграла совершенно невероятными красками.
Сейчас трудно себе представить тенора, который может спеть Шенье так, как это задумывалось Umberto Giordano — в настоящей итальянской манере Il verismo и с полным понимаем образа главного героя; так захватывающе, как José Cura. Его выступление оставило для меня самое незабываемое впечатление (имхо) и, судя по успеху, не только для меня.

Здесь же как, только вышел на сцену — сразу Improvviso, —один из сложнейших фрагментов для helden-тенора;
и дальше не расслабишься - в каждом действии основная кульминация как ни крути теноровая (посоперничать тут может только Жерар с сразу Nemico della patria? в 3 д., Арию Мадлен я лично не оч люблю:-))
И ради бога, не надо никакого belcanto и piano на верхах, а то венские рецензенты доболтались до полной дури — не хватает мягкости и лиричности. Это в опере-то Andrea Chénier, где в заглавной партии настояшие тенора только атаковали полным звуком.
Хочешь изобразить чувства, пожалуйста, окрашивай тембрально; не получается - не берись не за свое дело. А то от этих дудок, дудящих на одной краске с уходом на сомнительные пиано в веристких шедеврах, уже голова кругом идет.

Одна из труднейших теноровых партий на данном этапе для José Cura никаких усилий не представляет.
Верх абсолютно свободный и, как я люблю, с высокой поднятой вверх головой и руку вверх при этом он не подымает, что тоже ставлю в плюс, п ч верхние ноты берутся глоткой, а не руками:-). Голос весь сияет, на середине клубится и конечно низ его(Куры) и Серафин это что-то уникальное : настолько органично и полностью по природе, что в конце оперы показалось маловато в ней написано низких нот:-), п ч редко у кого встретишь красиво окрашенный нижний регистр.



Martina Serafin я оценил окончательно после второго спектакля. П ч soprano, козырь которых центр — на слух чистая услада по объему, по округлости, по красивым обертонам — единичный случай. Верх, разумеется, весь берет, но звук местами становится не столь приятным и к сожалению mezzo-voce песочные, оба раза (видимо специфика). Что касается чувственного пения, тут все как надо, по il verismo и драматизма достаточно. Знаменитый финальный дуэт был спет идеально по ансамблю голосов и абсолютно на равных. Это всегда приятно и для любого поклонника оперы равноценное испонение забойного Vicino a te s'acqueta настоящий подарок (п ч вспомните Корелли и мяукующую Касапьетру:-)).



José Cura | Andrea Chénier - Martina Serafin | Maddalena di Coigny


Marco Vratogna мой кумир и я не понимаю почему многие его не жалуют и даже почему-то считают не за баритона, мне он, прям, вполне и даже показался настоящим драматическим, и актером от Бога. Безупречно сидят на нем костюмы, как, впрочем, и то короткое пальто, в котром он вышел. Итальянец ! Italiano Vero :-)





Единственно, кто не дотянул, исполнителя вторых ролей, за исключением Marco Caria, сдержанного и корректного Руше и Hans Peter Kammerer-Щеголя. Меццо-сопраны к сожалению оказались откровенно слабоватыми : Донна Эллен больше походила на Гувернантку, чем на Графиню; в Грицковой мяса ни на грамм, к тому же и слышно было оч плохо (причем, из из 2 яруса и из партера), Monica Bohinec с Мадлон справилась, но это, собственно, и всё, такой отзыв за комплимент плохо сходит : вибрато зашкаливает, низ получше чем в Ульрике.


На этом сурьёз и позитивные впечатления заканчиваю, дальше ботва, которую я так люблю и без которой не могу.
Т к в этот раз ничего достойного в окрестностях Вены не наблюдалось, то прекрасное времяпрепровождение в центре мировой оперы вполне удалось.

Одним из основных пунктов по налаживанию жизни на месте был поход по дешевому билету на Götterdämmerung [Гибель богов или Закат богов ? ]
Понимаю, что знакомиться с Вагнером надо.
Я пытаюсь и ищу ходы...
В этот раз случилось полтора хода : основной — Зоряна Кушплер [Zoryana Kushpler] и в качестве дополнения Ileana Tonca.
Сказал сам себе — хочу их послушать, поэтому пойду. В случае чего ... уйду... Кино посмотрю, благо live-транслировали на улице.

Культурно приехав из
залезаю на сайт Оперы и ... вижу очередную замену — вместо Кушплер—Kulmann. И тут я понял, раз пошла такая пьянка, в театр идти не за чем. Остаюсь на улице. А надо сказать, что начало было в 16.30. Я пришел к 7-ми. Места свободные, разумеется, были, о том, как распределяются места на Karajan-Platz на протяжении всего спектакля попозже, для тех, кого это интересует.
На экране 2 человека : один, Бас—у ж а с н ы й, просто на кусочки разваливающийся,
но вагнеристам же все равно какие голоса Вагнера поют, главное же Richard Wagner, а не Голос;
другой, еще какой-то мужик:-). Потом пришел Тенор и на одной ноте стал что-то рассказывать...

Посидел мин 15, и потаращившись на не меняющуюся ни в музыкальном / ни в визуальном плане картинку, и поняв, что в поясницу конкретно поддувает северный ветерок, который малость напал на Вену вместе с моим приездом, пошел в кафе. Поел супцу, попил кофейку. Опять пришел. И надо отдать должное, совершенно не будучи знакомым с этой оперой, аккурат попал на Ileana Tonca, как она с 2-мя подругами плескалась, типа, в водах Рейна, а на самом деле среди деревянных гробов (лодок наверное). Тенор присутствовал. Блажил. Русалки по голосам оказались зачетными. С Тонкой все в порядке ( а то был момент струхнул за нее).
Я с ними малость побарахтался : они в воде, а я на ветру, и пошел греться к знакомым, про себя подумав, приду к концу, к 10-ти часам... Чаёк, то-сё, разговоры...



Без 10-ти 10, взяв себя в руки, пошел ( был недалеко, в здании прямо напротив Оперы) и первое, что  с ужасом увидел — двух нарядных и очень серьезных «вагнерианцев» обоего пола, шедших мне навстречу. Неужели кончилось раньше времени ? Это ж надо еще минут 20 бросить на падёж скота Franz Welser-Möst, которого перед началом второго действия просто искупали в Bravo — Оська с Васькой отдыхают; Nina Stemme; ну их там вообще-то целая орда народа — всем по одному разу выйти и 10 минут, как отдать. На Караян плац ни одного стула. Т е на праздник жизни не успел и не могу рассказать как в Венской Опере встречают по-нашему, по-вагнериански. Но про подсырник расскажу отдельной строкой в Главе Подсыр:-)

Исключительно удачно прослушав Вагнера, не захотелось заморачиваться билетом на Carmen, их в кассе не было, но это не помешало спекулям лезть ко всем с целыми пачками, причем, у них обязательно самые лучшие из каждого разряда; наценка € 50.
И мне снова не удалось увидеть человека, который купил билет на спектакль века за € 1000, - как любит заниматься брехней наша пресса.
Более того, мне не удалось увидеть вообще человека, который хотел бы купить хоть какое-нибудь место у спекулей с приплатой в  € 50.

За десят минут до начала свободных стульчиков было достаточно (на спектакль века).
Ровно в 18.30 их быстро заняли и даже по бокам желающие пристроились.
Их было конечно не столько, сколько их было на автобусной остановке рядом с Teatro Real в Мадриде, когда Доминго выступал в бессмертной опере Почтальон, но все же поднакатили.
Через 10 минут стало понятно кто эти люди — туристы, желавшие отдохнуть; отдохнули 10 мин — пошли дальше. Поэтому смена заселения на стульчиках происходила беспрерывно. Дольше всего сидели на Тореадор, смелее в бок и даже подпевали.

Как только началась увертюра перед экраном чинно поехала огромная желтая машина-мусорка с мигалкой типа КУ на кабине, и победоносно торчайщей метра на 3 вверх пластиковой метлой.:-)
Нахальная рожа этой машины просто таки говорила — вы тут отдыхаете, а еду работать:-).
Кроме того, затеялись работы по снятию асфальта рядом с U Karlsplatz.
Нетрудно сообразить что это было …:-)
По звуку дыр-дыр-дыр и через каждые 2 минут зычное БИИИИИИИИП.:-)



Но, несмотря на всё на это, в театр все равно не хотелось — было здорово, весело и оч холодно на улице. До конца 2-ого действия я таки, да, досидел.



Понял окончательно что из себя представляет «Треска балтийская», совершенно не поняв, почему она поет Кармен, исключив полностью весь нижний регистр из этой партии;



понял, что в Wiener Staatsoper на fest-ангажементе появилась настоящая звезда Anita Hartig и дай Бог ей хорошей карьеры, п ч она не только мила собой, но и обладательница исключительного нежного лирического сопрано — welcom;

Anita Hartig




искренне удивился тому, что «Робертино», Roberto Alagna взял Си-бемоль в La fleur que tu m’avais jete на полный голос и получается похерил свои же бредни по поводу того, что все хотят Си-бемоль на piano; очень "испугался" его же высокой ноты, которую Аланья запердошил в финале Таверны, совершенно несвойственным ему звуком (как будто рожать собрался, Кармен при этом молчала), заферматил и кончил в унисон с машиной, которая сказала Б-и-и-и-П, как-будто точку поставила.

Не скрою, я там валялся и всем рекомендую — ходите на Karajan Platz, — жизненно, по-народному; вот только холодно, но и эта проблема решаемая — Rosenberger до 22.00.

По поводу Заключительной сцены, которая в угоду местной критике, — а Аланья, судя по всему, прислушивается к «советам» дураков, —  можно сказать, что она была решена в стиле сталинского ампира — пышно (конечно не так пышно, как у Kaufmann с Antonacci, которую он в тодесе таскал вокруг себя, но тоже очень обстоятельно :-)).
Если учесть, что Гаранча вообще не могла играть никак, п ч ее внутренняя психическая организация другая — она по жизни не Кармен, в ней нет огня; а раздвигание ног, ну, да, были, но сколько можно так-то призывать:-), то Аланья просто распрестрился — он певец тоже без нутра, но актер, т с, внешнего плана; скорей всего, сам про себя понимает, что он Ёбарь, т е, такой «типаж хворостовский», когда за 45, а я в красную бобочку наряжуюсь или, того хуже, в красные ботинки:-).
Мне показалось, что он чуть ли не корсете в каком-то специальном был, но росту ему это не прибавило.
А Кармен ему попалась не маленькая... Поэтому когда ярким театральным жестом Аланья скинул плаш, подошел к Гаранче со спины, приставил нож к горлу, то … его совсем не стало видно и перестало быть страшно и Кармен, и публике:-). Что характерно, несмотря на яркий нордический характер такая Кармен легко могла дать ему в пах и спокойно пойти шиться с Massimo Cavaletti-Эскамильо, который хоть и у меня в любимчиках ходит, но уж очень увалень на сцене оказался. :-)

Massimo Cavaletti


Но Гаранча пассивно стояла минуты две и чего-то пела даже про кольцо, которое ты дал мне), и ждала когда же наконец он ее «оприходует».
Не знаю что сказала критика .., наверное посчитала г е н и т а л ь н о, тем более, что Elīna Garanča с позавчерашнего дня в звании Kammersängerin и это в достаточно молодом возрасте.

Еще конечно не могу пройти мимо : изумительная Ильяна Тонка-Фраскита и полнозвучные Данкайро и Ромендадо - секстет отлично спели.

Да, — забыл рассказать, — в перерывах с экрана выступала наша АЮ с жестким make up, сильно смахивающая на официантку, и предлагала публике пойти выпить и закусить; такое предложение хорошо звучало на Караян-плац, где все и так на протяжении всего спектакля выпивали и закусывали.
Также рекламировался концерт Kaufmann под титлом Новый Король Теноровну это не ёб твою ?!

Все 4 вечера для меня заканчивались на артистическом выходе.

После Andrea Chénier №1 он получился каким-то скомканным, но я при этом для людей поработал:-). Все происходило практически под дверью, никто не садился за столик. José Cura на непонятном мне языке рассказывал о ссадинах на лице и даже показывал на них пальцем (действительно, ссадины были, что уж там произошло, не знаю... можно неудачно фехтанулся с Вратоньей).



Народу, когда José Cura, как всегда, много и подсыр протекает живенько и я бы даже сказал по-испански : с громкими разговорами, хохотом и тд..

На следующий день по контрасту человек 20 «вагнерианцев» пришли.
И такие они какие-то ... «особенные, раскудрит твою, осененные собственным величием».
Преобладали дамы, стриженные под первый номер. Вели себя сдержанно. Друг с другом не разговаривали. Программки подписывали, но не фотографировали.

И наконец-то (я впервые это увидел) пришел звездный час Intendanta Dominique Meyer, п ч обычно интендант Мейер выходит и смотрю на него и узнаю его только я, и ему приходится со своим пакетиком полиэтиленовым бежать восвояси не обласканным:-).
Не то было в тот вечер...
Очередь живая, как в мавзолей (из 20 человек), к Директору. Вот они чем отличаются, «вагнерианцы», от нас грешных. Действительно ведь, избранные, - ну, на хрен кому нужен Мейер и его автограф ?! Он и так неплохие деньги зарабатывает или он, что, красавец какой или крашеный хной, как Аланья ?! :-)
Вы бы видели, что там творилось... А я стою в сторонке, охуеваю и представляю :

· вот выходит наш директор Иксанов, а мы его встречаем...  не материмся / не обзываемся, пошел в жопу никто не говорит;
· все с программками, заново дизайнированными за n-ое количество миллионов тугриков, - хотим автограф; хотим сказать спасибо;
· хотим распросить о планах — а будет ли Дмитрий Черняков что-нибудь ставить в БТ, а будет ли Семен Чудин танцевать в Онегине ???

Я бы сказал спасибо, если бы поставили Андре Шенье, но ведь такое у нас и представить нельзя.

Самый ужас начался, когда вышел Welser-Möst, который, как красно солнышко просто, - обычно утекает с другого подъезда, чтоб с этой швалью не встречаться.:-) Они начали про ... партитуры что-то такое вестбанхофить. Вон оно чё, Михалыч... :-)



По другому, как «кольцо нибелунгов», это не назвать. И мне захотелось, чтобы в меня всесился тевтонский дух и я бы тогда смог преодолеть холод и подписать журнал у Нины Стемме, где на фото она замечательно прекрасна и на тенора полюбоваться. Но он не всесился. Пришлось погнать в тепленький уютный номерочек в Suite Hotel 900 m zur Oper и предаваться мечтам о завтраке, который в этом отеле равных без.:-)

Третий и основной подсыр был ordnung-нирован. У кого-то и я даже дагадываюсь у кого нашлась возможность дать 100 евриков ребятам в черных плащиках. Перед началом действа каким-то поклонницей (п ч мужиков там не было ни одного) была поднесена роза:-).



Все построились. «Алашки» мне все оч понравились : нарядились, всё больше в блестящее, между собой здрасти, лица просветленные, а как они просветлялись на выходе из подсырной ... вы бы видели …
· Вначале я не хотел идти и был бы дурак, если бы не пошел — тогда не влюбился в Ласточку-Гаранчу...
Но пошел, п ч очередь двигалась быстро, как у нас в метро за "жетонами".
Так как к обряд созерцания предмета при таком раскладе исполнить не удается : подписал — иди, сфотографировал — вали, дай другим дотронуться до тела.
Ну, в общем, в самом конце захожу это я.:-) Сидят — слева он, разумеется, в окружении / справа она, как придаток, - примерно так, как Мула сидела при Кауфмане. Я ей сунул … программку, а она мне так улыбнулась и тут я понял что такое любовь с первого взгляда:-) А когда  спросил - Can I make a picture ? - Гаранча ответила, - Of course ! и приняла позу — смотрите, какая красавица !




В общем, теперь я даже готов на Караян-плац отсидеть Der Rosenkavalier в тех местах, где она будет в атласных штанишках, п ч кроме Октавиана не очень-то понятно в чем ей хорошо было бы попеть, но такая красота в нашей жизни обязательно должна быть.
И никакая она не «Треска Балтийская», а Ласточка ! :-)
А Roberto Alagna хочется задать вопрос, который, понятное дело, повиснет в воздухе — зачем так похабить своих партнерш ?



Ведь знает же прекрасно, что в основной своей массе стоят твои и их совершенно не интересует никто другой. П ч на его предложения сфотографироваться втроем, все хотят вдвоем, и нисколько не стесняясь, говорят об этом вслух.
А я бы с Гаранчей да-а-а..:-)
Все же молодец Радвановская, отказалась сидеть в качестве довеска, п ч она сама звезда и правильно понимает про себя.

Последний подсыр, про который я подозревал, что José Cura с него удерёт ночным Аэрофлотом в Мск. Народу собралась какая-то грандиознейшая куча, забили весь предбанник, покурить перед входом невозможно — толпешник, наших много и черная сотня практически вся. Тут тоже картинка наблюдалась не оч красивая, п ч вышла Серафин, села за стол, а к ней практически все стояли задницами - ждали Куру. Напрасно. Спасибо хоть сказали, что маэстра извиняется и «обряд подсыра» произвести не сможет, т к у него ночной вылет в Мск.

Можно было бы и мне улететь на Аэрофлоте, но завтрак на следующий день я не мог отменить даже за возможность перелета с Курой в одном узком пространстве:-) Поэтому с утра Трансаэро за 2.10 довез до Внуково; потом от Внучки до Юго-западной 12 км за 1.5 ч на автобусе - отследил аж 4 аварии, п ч в Мск дожди, дорога скользкая, машин много...

Грядет оперный летний перерыв. Надо деньжонок подкопить и заняться по мере сил балетом ... но нет же сил никаких этим заниматься, особенно после таких ярких впечатлений.:-) Как вспомню, что впереди Конкурс и бесконечное pas de deux из балета Корсар ... mamma mia :-)

Tags: Andrea Chénier, José Cura, carmen, wiener staatsoper
Subscribe

Posts from This Journal “Andrea Chénier” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 64 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

Posts from This Journal “Andrea Chénier” Tag